Интервью
"Без успешности бизнеса сложно представить себе мягкую силу"
Разговор с Иваном Кисеевым
Иван Кисеев
Исполнительный директор "Креативной дипломатии"
Наша очередная беседа о "мягкой силе" затронула вопросы роли бизнеса в публичной дипломатии страны и обратной роли имиджа государства в формировании доверия к бизнесу. Зачем нужны "мягкая сила" и публичная дипломатия в бизнес-среде? Обсудили эти нюансы с Исполнительным директором "Креативной дипломатии" Иваном Кисеевым.

Дата публикации интервью: 29.01.2018
Креативная дипломатия ("КД"): Здравствуйте, уважаемые зрители, читатели "Креативной дипломатии"! Сегодня у нас в гостях Исполнительный директор "Креативной дипломатии" Иван Кисеев. Помимо этого, большой специалист и эксперт в вопросах развития бизнеса, бизнес-консалтинга. И сегодня мы поговорим о роли бизнеса в "мягкой силе" и общественной дипломатии.

Мой первый вопрос будет достаточно общим. Этот вопрос касается того, какую роль бизнес может в целом играть в концепции "мягкой силы", в развитии положительного восприятия государства за рубежом и насколько важно это влияние для того, чтобы государство положительно воспринималось на международной арене?

Иван Кисеев: Спасибо за вопрос, он общий, но дает очень хорошую возможность развернуть несколько тезисов. Я считаю, что роль бизнеса в "мягкой силе" велика и ее очень трудно переоценить, так как "мягкая сила", являясь, по моему мнению, частью либеральной концепции внешней политики, основывается, опирается на экономический фундамент, в первую очередь. Поэтому успешность бизнеса и взаимодействие по каналам бизнеса является основополагающим фактором, без которого очень сложно представить себе "мягкую силу" в классическом ее варианте. Либеральная концепция предполагает, что внешняя политика является продолжением внутренней, а успешная внутренняя политика - это, конечно, экономический рост и благосостояние. Это как раз то, чем занимается бизнес, - повышением благосостояния, зарабатыванием денег. Соответственно, чем лучше ваш бизнес в какой-то определенной стране зарабатывает деньги, тем более успешным он кажется, соответственно, тем более весомым аргументом ваше национальное или государственное мнение может выступать на международной арене. И к нему, естественно, будут прислушиваться. Успешные люди, успешные страны всегда привлекают больше внимания, и их слова заслуживают определенного доверия, если они на чем-то настаивают. Поэтому, да, бизнес - это очень важный элемент в "мягкой силе".
"КД": Хорошо, мы обсудили то, как бизнес влияет на имидж страны. Но есть и обратный эффект - имидж страны как надежной или не очень надежной, безусловно, также влияет на то, как воспринимается бизнес, имеет ли с ним смысл работать. Мне бы хотелось услышать Ваше мнение по этому поводу: действительно ли какие-то политические события, например, в России, влияют на восприятие российского бизнеса (у Вас все-таки есть опыт в международной бизнес-среде)? И также, если действительно это имеет значение, почему бизнес тогда так неактивен в сфере "мягкой силы" России, почему он не вкладывается в это?

Иван Кисеев: Это тоже два замечательных вопроса. Я начну отвечать с последнего. По моему глубокому убеждению, бизнес заинтересован в "мягкой силе", вкладывается активно, занимается этими вопросами тогда, когда его приоритетом является экспорт или работа на внешних рынках. У нас в стране ситуация складывалась долгое время таким образом, что за счет высоких цен на энергоресурсы экспортировать интересно было в основном только их [энергоресурсы]. Соответственно, на все заработанные деньги можно было купить всё, что угодно, соответственно, у нас развивался больше импорт. Помимо нашего "чёрного золота", всё остальное мы импортировали. Выход для наших бизнесменов на внешние рынки, за исключением нескольких ключевых отраслей, не был приоритетом. Сейчас ситуация изменилась. Нефть стоит совершенно другие деньги - я не эксперт, но полагаю, что мы не скоро еще увидим повышение цен на энергоресурсы. Структура должна меняться, и наш бизнес будет все больше и больше смотреть на внешние рынки, выходить на внешние рынки и пытаться использовать для этого весь инструментарий, потому что мир стремительно меняется. Если наши бизнесмены захотят быть успешными там и зарабатывать, им придется играть полностью по правилам, которые там действуют. Так что те, кто захотят, вложатся.

Теперь что касается первого вопроса. Имидж страны, безусловно, влияет на восприятие игроков в бизнес-среде. Есть определенные отношения и, конечно же, стереотипы, но тут я должен отметить долгосрочный характер. Этот тренд отношения к бизнесмену из конкретной страны складывается в достаточно долгой, протяженной перспективе. Сиюминутным воздействиям или явлениям этот тренд не очень подвержен, то есть нельзя сказать, что после какого-то яркого или громкого события вдруг меняется отношение, скажем, к российскому бизнесмену за рубежом или к бельгийскому бизнесмену за рубежом. Это отношение - как продукт, результирующий вектор, который собрался за долгий период времени. Достаточно тяжелый корабль, который разворачивать сложно. Можно потихоньку изменять это впечатление, но каким-то резким зигзагам оно не подвержено. Соответственно, с одной стороны это хорошо, если у вас такая хорошая репутация и ее сложно подмочить, но, а что касается случаев, когда репутация не очень хорошая, то это естественно отрицательный фактор. Нужно очень долго работать, чтобы её исправлять.

Мне кажется, что у российских бизнесменов (мое впечатление) репутация нормальная, мы прошли тот этап, когда русские богатые люди воспринимались либо какими-то бандитами, или... не знаю, людьми, которые незаконно обогатились. Хотя, безусловно, это еще имеет место, но все-таки нет такого распространенного стереотипа, что с русскими нельзя иметь дело или бизнеса не получится. С другой стороны, конечно, как всегда, это можно улучшать и нужно улучшать. Над этим нужно работать бизнесу, хотя как таковой выраженной работы, направленной на изменение имиджа, наверное, не ведется. Может быть, её вести целенаправленно и не нужно, потому что все-таки улучшение имиджа бизнесмена - это проведение успешных сделок и улучшение благосостояния. Дела говорят за них больше, чем они могли бы сделать благодаря пиару или публичным акциям.

"КД": Вы упомянули, что для того, чтобы изменить в целом восприятие бизнеса и страны, нужно время. Вот как общественная дипломатия, "мягкая сила" могут в этом случае работать, на том же примере санкций? То есть может ли неформальная, неофициальная дипломатия как-то сдвинуть переговорный процесс по поводу санкций, как-то в целом изменить обстановку, отношение? Действительно ли здесь есть какой-то потенциал?

Иван Кисеев: Да, я считаю, что потенциал, безусловно, есть. Может быть, не напрямую влияние на переговорный процесс, но опосредованное влияние на такие явления общественная дипломатия и "мягкая сила" имеют. В первую очередь, я вижу следующий путь, следующую точку приложения: российская "мягкая сила" и общественная дипломатия, взаимодействие по неофициальным каналам с гражданами, организациями в других странах с целью разъяснения ситуации, с целью ознакомления этих людей или организаций с Россией, с действительностью, реальным положением очень сильно будет помогать разоблачению некоторых стереотипов, которые сейчас навязываются общественному мнению там, и будут заставлять людей, которые все-таки хотят задумываться, анализировать критически происходящее. Нам нужно не заставлять их выходить на демонстрации, а дать им другую картинку происходящего. Наличие двух разных картин или интерпретаций одного и того же события, одного и того же событийного ряда думающего человека в любом случае спровоцирует на какие-то выводы. Нам очень важно, чтобы они начали думать и делать выводы, а не присоединяться к массовой истерии, которая разгоняется, к каким-то лозунгам и другим, так скажем, не очень интеллектуальным процессам, которые сейчас там имеют место. Нам нужно заставить их думать. Для этого "мягкая сила" и общественная дипломатия - идеальнейшие инструменты.
"КД": Интересно, действительно. И у меня вопрос в какой-то степени даже теоретический. Можем ли мы говорить о "мягкой силе" бизнеса? Мы часто говорим о "мягкой силе" государства, а можно ли говорить о том, что бизнес, какая-то корпорация, какая-то компания, возможно, транснациональная, здесь становятся самостоятельным актором, и она работает исключительно на свой имидж? То есть она уже выходит за рамки государства и в общем-то отрывается от него. Можно ли рассматривать "мягкую силу" в таком ключе?

Иван Кисеев: Да. Безусловно. Это, собственно говоря, я бы назвал одним из основных направлений маркетинга и маркетинговых стратегий таких больших корпораций. Главная задача сегодняшней крупной корпорации, которая в первую очередь торгует брендом и всем, что с ним ассоциируется, в любой сфере - питание, размещение, авиа, путешествия... не суть важно, чем занимается компания, задача - сформировать лояльность к бренду. Это в терминах бизнеса и есть "мягкая сила". Потенциальный потребитель должен узнавать, предпочитать вас из массы других конкурентов.

"КД": Да, потому что даже концепция национального брендинга пришла из сферы бизнеса. И последний вопрос - больше в формате пожеланий. В чем вы видите основные проблемы и возможности "мягкой силы" России именно в сфере взаимодействия, сотрудничества с бизнесом?

Иван Кисеев: Я вижу основную проблему, в первую очередь, "мягкой силы" России даже не в плане взаимодействия с бизнесом, а проблема российской "мягкой силы" в том, что она пока не очень нужна, она не востребована, по крайней мере, на мой взгляд. Государство не уделяет должного внимания этому направлению и, в первую очередь, это выражается в финансировании. Участие государства здесь не нужно, оно даже вредно. Чем больше будет независимых игроков, тем лучше. Но для того, чтобы такое поле появилось, нужно постоянное финансирование, определенные прогнозируемые правила игры. Этого государство не создает. Это очень большая проблема для "мягкой силы" в целом. Верю, что в определенный момент, когда привычные инструменты и институты внешней политики несколько покажут более низкую эффективность, то государство вернется и к этой возможности, и пересмотрит свой подход. Но пока что это самая большая проблема. До проблем во взаимоотношении с бизнесом есть еще целый ряд вопросов, который предстоит решить.

"КД": Еще не доросли, да?

Иван Кисеев: Да, до этого уровня проблематики мы еще не дошли, и мне кажется, с начала нужно вырастить первый эшелон игроков, которые будут этим заниматься. Потом в последствии они пойдут и к бизнесу, и будут пытаться взаимодействовать с крупными компаниями. Это тоже придет. Но для того, чтобы запустить процесс, это зерно, из которого всё вырастет, должно посадить государство.

"КД": Спасибо Вам большое за интересную беседу! Я надеюсь, всем было интересно также. До новых встреч!

Видео интервью:
Беседовала Виктория Иванченко, главный редактор «Креативной дипломатии».

Фото: JLL Hotel Investment Forum // Facebook
Made on
Tilda